Система Orphus

Елисаветградское кавалерийское училище

Дата добавления: 2014-11-11

Историю Елисаветградского кавалерийского училища принято отсчитывать с 1861 г. Правда, еще в 1858 г. приказом по военному ведомству 28 мая № 144 было объявлено Положение о кавалерийском училище для офицеров войск, находящихся в ведении Командира Отдельного резервного кавалерийского корпуса.[47]
По повелению императора Всероссийского Александра II, Приказом Военного министра от 27 июня 1865 г. № 203, 1 сентября 1865 г. было открыто Елисаветградское Кавалерийского юнкерское училище, для комплектования офицерского состава кавалерийских частей Киевского, Харьковского и Одесского военных округов в составе 1 эскадрона из вольноопределяющихся юнкеров в унтер-офицеров в количестве 90 человек.

12-й Император Всероссийский
Александр II Николаевич
(1818 - 1881)

Выбор города Елисаветграда для основания в нем Кавалерийского училища можно предполагать был не случайным. Город лежал в степной полосе России пересеченной балками, оврагами с редкими лесными островками. Такая местность удобна для маневрирования конницы. Еще до основания в нем Кавалерийского училища Елисаветград был довольно значительным военным центром, так как в нем почти 30 лет был Штаб Корпуса Военных Поселений. Несколько лет в нем и в его окрестностях был расквартирован армейский Кирасирский Корпус, а в самом городе находилась Школа Унтер-Берейторов графа Ауфенберга 2-го. Позже в нем стоял штаб и полки 7-ой кавалерийской дивизии.
Военный городок в пригороде Ковалевки, сердцем которого было Елисаветградское юнкерское училище возникло в середине ХІХ столетия. В его состав входили здания дворца, штаба, зимнего манежа с кавалерийским плацем, стрельбищем и расположенная недалеко Покровская церковь. Созданный ансамбль военного городка было предусмотрено генеральным планом застройки города 1830 года. В сентябре 1847 года Николай І собственноручно заложил первый камень в постройку военного городка в Елисаветграде.[58]
Это училище создавалось в Елисаветграде в виде опыта на 4 года. В нем ежегодно обучались 32 офицера в чине от корнета до ротмистра. Однако просуществовало это училище недолго. Реформа военно-учебных заведений в начале 1860-х годов привела к созданию нового Елисаветградского училища, получившего со временем известность как «Славная южная школа».[47]
Первоначально курс училища был рассчитан на два года. После двух лет обучения юнкеров экзаменовали, производили в обер-офицеры и направляли для дальнейшей службы в кавалерию и конную артиллерию.
Первоначально Елисаветградское кавалерийское училище состояло из 1 эскадрона на 90 обучающихся. Но штаты училища неизменно росли, и уже в 1868 г. юнкеров стало 150, в 1871 г. - 200, а в 1873 г. - 300 человек. В 1874 г. юнкеров разделили на 2 эскадрона: 1-й - для комплектования драгунских полков, 2-й - для гусарских и уланских.

Стенд
Фото предоставил: Тарас Баланов

Южная Школа - так юнкера между собой называли родное Елисаветградское Кавалерийское училище, давшую своим воспитанникам твердые основы офицерской этики и привившую любовь к строевой кавалерийской службе.
6 августа 1866 года - Елисаветградское кавалерийское училище было соединено с учебным кавалерийским эскадроном в одно учреждение, с сохранением наименования Учебного кавалерийского эскадрона. (Из материалов - «Историческое описание перемен в одежде и вооружении российских войск», 1946, т. 31, с. 154 - 161)
В 1876 г. при училище был создан казачий отдел на 35 человек, который был переведен позже, в 1886 г., в Новочеркасское казачье училище.
В 1877 г. был установлен училищный праздник - 26 ноября, согласно Приказов Военного Министерства 1865 г. №№ 203 и 421; 1874 г. №№ 240 и 271; Приказов по Военным Ведомостям 1901 г. № 343 и 1902 г. № 260.
В 1892 г. при училище было открыто 1-ое отделение младшего класса военно-училищного курса; в следующем году юнкерам военно-училищных курсов была присвоена однообразная форма обмундирования.
В 1901–04 гг. произошло преобразование юнкерских отделений в военно-училищные. В связи с этим произошло и существенное изменение в комплектовании и обучении юнкеров. В основном юнкерское училище комплектовалось вольноопределяющимися, большинство из которых не имели законченного среднего образования, а поэтому в училище был общий класс с общеобразовательными предметами. В военное училище принимались только юноши с законченным средним образованием, и общий класс был упразднен. Внутренний быт юнкерского училища также несколько отличался от военного. Прибывающие в училище вольноопределяющиеся были уже более подготовлены к строевой службе. По возрасту они, в большинстве случаев были старше, чем поступавшие позже из средних учебных заведений. В стенах училища они пользовались большей свободой. Весь уклад жизни в училище несколько отражал тот общий помещичий дух, который царил в этом крае с его широким размахом жизни. В Военном училище юнкеров обучали и воспитывали более строго, сказывались и реформы, проводимые в армии после Русско-Японской войны. Выходя из училища эстандарт-юнкера были более подготовлены в строевом отношении, а корнеты военного училища были более военно-образованы.
С самого начала между выпускниками Елисаветградского кавалерийского юнкерского училища установилась тесная дружеская связь. Выходя из училища, они не забывали своей Alma MaterИнформацияИнформацияAlma Mater - старинное неформальное название учебных заведений и поддерживали отношения независимо от чинов и успехов по службе.
На протяжении ХІХ столетия город и его окраина 14 раз становились ареной военных учений, в которых регулярно принимали участия до 100 000 военных, как правило они проходили в августе и сентября, когда хлеб был убран. Последние большие маневры произошли в 1888 году. На маневры приезжали российские императоры Николай І, Александр ІІ и Александр ІІІ.[58]
5 июня 1902 года училище было переименовано в Елисаветградское Кавалерийское и в 1904 г. произведен последний выпуск из закрываемых юнкерских отделений, после чего училище целиком перешло на военно-училищный курс обучения.
В 1905 г. училищу Высочайше пожалован Штандарт, а в 1908 г. чинам училища была пожалована форма уланского образца.
В 1914 году по случаю 150-летия Елисаветградского гусарского полка городская дума заказала для него икону Св. праведной Елисаветы у известной московской фирмы Хлебникова.[61]

Стенд
Фото предоставил: Тарас Баланов

Роль и значение этого военного заведения в истории города трудно переоценить. Если возникнет необходимость установить мемориальные доски на честь известных преподавателей и воспитанников, то и места на фасаде всем не хватит.

Знаки и жетоны

Учитывая постоянную заботу великого князя Николая Николаевича Старшего, за основу жетона училища был положен его вензель.

Вензель
Вензель Старшего Н.Н.

20 февраля 1890 года был утвержден в память 25-летия основания училища училищный серебряный жетон, носимый на серебряной цепочке на правом борту мундира на верхнем крючке, а на офицерском сюртуке на второй сверху пуговице.

Жетон
Рисунок памятного жетона

Жетон представлял собой монограмму из четырех букв. Центральная часть складывалась из двух вертикальных «Н», спаянных сверху и снизу горизонтальными линиями. Из нижней горизонтальной черты выступало вниз три черточки - две по краям и одна посередине, которые образовали букву «Е» обращенную вниз. Все эти буквы вместе образовывали букву «Д». Сочетание этих четырех букв читалось: «Николай Николаевич - друг Елисаветградцев». Венчала композиция великокняжеская корона с кольцом для цепочки. На реверсе выгравировано имя владельца и даты его пребывания в Елисаветградском училище.
У ряда жетонов лицевая и оборотная стороны изготавливались абсолютно идентичными.

Жетон
Памятный жетон
«Николай Николаевич – друг Елисаветградцев»

Право на ношение давалось выпускникам училища.

Вржещ
Обер-офицер 20 драгунского полка М.Е. Вржещ
К верхней пуговице сюртука пристегнут жетон
(Фото: 1890-е гг.)

12 марта 1891 г. высочайше было запрещено носить памятные жетоны напоказ, а разрешалось их иметь лишь в виде брелока. Тем не менее, правило это нарушалось.
Был еще один популярный в военной среде сувенир – жетон-погончик. Они выполняли роль памятных брелков, подарков и даже запонок.

Погончик
Жетон-погончик

Жетон-погончик был не серийного производства, а заказывался частным образом. Носить его было модно среди молодежи, которая связывала свою судьбу с военным учебным заведением. Этот жетон имитирует погон Елисаветградского кавалерийского юнкерского училища старшего портупея-юнкера.

Жетон
Миниатюрный жетон-погончик старшего портупей-юнкера

19 января 1913 года памятный жетон был заменен нагрудным серебряным знаком из темного металла. Большинство знаков были выполнены одесским ювелиром Леонидом (Людвигом) Пахманом, некоторые – крупной Санкт-Петербургской фирмой «Эдуардъ».

Знак
Рисунок нагрудного знака

Знак представлял собой серебряного двухглавого орла с поднятыми крыльями, головы которого окружает сияние военно-учебного заведения. В лапах орла факел и венок (эмблемы военно-учебного ведомства). В верхней части знака между головами темный (оксидированный) вензель Императора Александра II (основателя училища), в промежутках между головами и крыльями орла - год основания училища: «1865». На груди орла щит красный эмалевый щит с серебряным ободком, на щите белое изображение Св. Великомученика Георгия Победоносца (покровителя училища: 26 ноября – училищный праздник) верхом на коне, поражающего дракона. Ниже щита традиционный серебрянный жетон училища. Ширина знака между концами крыльев 4 сантиметра, высота чуть больше 3 сантиметров.

Знак
Нагрудный знак

Хотелось бы обратить внимание на серьезную продуманность символики знака. При внешней красоте и изяществе, он получился очень насыщенным по смыслу. Несомненно, что в его разработке участвовали представители Общества взаимопомощи бывших юнкеров училища.

Стенд
Фото предоставил: Тарас Баланов

Знаки имели порядковые номера, выгравированные на реверсе. Самый большой номер, который известен - 3369. Он выгравирован на обороте знака, хранящегося в одном из иностранных собраний. Учет нумерации вело Общество взаимопомощи бывших юнкеров Елисаветградского кавалерийского училища, которое с каждым экземпляром выдавало специальное свидетельство. Этот документ не только подтверждал право ношения знака, но и предотвращал его тиражирование вне училища. Свидетельства 1913-14 гг. Подписывал начальник ЕКУ генерал-майор В.Н.Петерс, являвшийся одновременно и Председателем Общества.

Свидетельство
Свидетельство на право ношения знака
Елисаветградского кавалерийского училища №561

Носили его на левой стороне груди при мундире (колете, доломане, черкеске), походном мундире, виц-мундире, сюртуке и кителе.

Давыдов
Ротмистр 12-го гусарского Ахтырского
генерал Денис Давыдов
(фото: около 1914 г.)

Следующую группу предметов составляют знаки и жетоны Елисаветградского кавалерийского училища, связанные с жизнью и учебой юнкеров.
Увольнительные жетоны и знаки были двух типов. Первый использовался юнкерами: он имел форму наложенного на подкову мундирного лацкана с этишкетным шнуром, с нанесенными порядковым и эскадронным номерами. На нем четко было написано: «Увольнит.знакъ».
Знак изготовлен из белого металла и по форме представляет подкову, украшенную с двух сторон дубовыми листьями. На нее наложено изображение мундирного лацкана с пуговицами, который создает поле для надписей: «177», «Е.К.У.», «I эск.». Важным декоративным элементом является миниатюрный этишкет, шнуры которого, обрамляя центральное поле по дуге подковы, элегантно выбиваются из-под лацкана.

Жетон
Увольнительный жетон
для юнкеров 1-го эскадрона №177

Жетоны второго типа, тоже в форме подковы с выбитым порядковым номером, давали возможность покидать территорию училища нижним чинам. Надпись на знаке по дуге подковы была следующая: «Команда нижних чиновь Елисаветгр. Кавалер.учили.».

Жетон
Увольнительный жетон
для нижних чинов постоянного состава №172

Еще одним знаком, связанным с училищем можно считать посеребренный герб в сиянии. Такие гербы было положено иметь на парадных головных уборах воспитанников и офицеров военно-учебных заведений.

Герб
Герб на парадную фуражку юнкеров
1904 г.

Регулярно проводимые в училище состязания «на шашку» сохранили память о себе в специальных на грудных жетонах-шашечках. Были найдены и идентифицированы всего два серебряных жетона шашечки «За отличную рубку»: один - 1913, другой - 1914 г. Оба хранятся в частных собраниях.

Жетон
Жетон-шашечка

Жетон
Жетон-шашечка

Особое место в фалеристике ЕКУ занимают так называемые памятные жетоны от сослуживцев. Изготавливались они, вероятно, елисаветградскими или одесскими ювелирами и по традиции представляли собой золотые или серебряные «книжечки» на цепочках. В каждой книжечке было шесть серебряных страничек, заполненных фамилиями сослуживцев. Обложку книжечек украшал цветной эмалевый герб Елисаветграда, высочайше утвержденный 6 августа 1845 г., когда этот уездный городок Херсонской губернии еще относился к военному ведомству: геральдический щит, в верхнем золотом поле которого черный двуглавый орел; в нижнем красном поле - план крепости Св. Елизаветы с датой основания 1754, разделенной вензелем императрицы Елизаветы Петровны. Сегодня известно про четыре памятных книжечки.
Первая из них датируется 1901 г. Ее вручили в память 20-летней службы в училище капитану Владимиру Григорьевичу Лишину. На серебряных страницах книжечки 1901 г. выгравированы 33 фамилии сослуживцев Лишина.

Жетон
Памятный жетон-книжечка В.Г. Лишина
1901 г.

Вторая книжечка была вручена штабс-ротмистру С.Д. Прохорову в память о совместной службе в училище с 1898 по 1901 года. На серебряных страницах выгравированы имена 18 офицеров-сослуживцев.

Жетон
Памятный жетон-книжечка С.Д. Прохорову
1901 г.

Третий памятный жетон в виде книжечки относится к 1910 г. и адресованный статскому советнику Д.В.Станиславскому. Жетон Станиславского отличается от двух других обложкой из золота, увенчанной городской короной. Всего в книжечке 41 фамилия.

Жетон
Памятный жетон-книжечка Д.В. Станиславского
1910 г.

Жетон
Памятный жетон-книжечка Д.В. Станиславского
1910 г.

Четвертый памятный жетон адресован генерал-майору Владимиру Николаевичу Петерсу, являвшемуся начальником ЕКУ с 1910 по 1914 г. На страницах вы гравированы 42 фамилии.

Жетон
Памятный жетон-книжечка В.Н. Петерса
1914 г.

Жетоны-книжечки такого рода не предназначались для ношения на мундире, их использовали как памятный брелок.
В 1915 г. Елисаветградскому кавалерийскому училищу исполнялось 50 лет. Эту юбилейную дату планировалось отметить торжественно. Вероятно, задумывался также юбилейный жетон. Но начавшаяся война не позволила отпраздновать годовщину. Не было специального знака и к 100-летию училищу, исполнившемуся в 1965 г.[47][48]

Училищные здания

Здания военного городка выполнены по форме позднего официального классицизма, для которого характерные четкость и логичность планировки, строгость симметрично-осевой композиции, сдержанное декоративное оформление. Использованы "звездные" проекты, которые были подготовлены в 40-50 годах Департаментом военных поселений.
Автором проекту ансамбля является архитектор Вильгем Карлович Верлон, голландец по происхождению. Создания комплексу закончилось сооружением в 1849 года Покровского храма в неорусском стиле.[58]
Училище занимало несколько зданий, большей частью построенных при Императоре Николае I. Главное здание – это бывший дворец Императора, в котором он останавливался при объезде юга России. В этом трехэтажном длинном здании до 1888 года помещалась Военная прогимназия. Кроме этого здания (выходящего фасадом на Дворцовую улицу, а с остальных трех сторон окруженного каменной высокой стеной с небольшим внутренним садом), училище занимало еще ряд других зданий и имело два прекрасных манежа, расположенных под прямым углом к Дворцу по другую сторону Дворцовой улицы. Перед училищными зданиями расстилался огромный плац, обсаженный деревьями (ныне – Ковалевский парк), образовавшими прекрасные аллеи по которым любили гулять жители города. На этом плацу в теплое время года проводились строевые занятия.
Использование зданий претерпело в течение существования училища ряд изменений. До 1888 года училище помещалось в 3-х этажном здании на углу Дворцового переулка и Театральной площади, в котором юнкера жили и занимались. Своей церкви в то время юнкера не имели и потому ходили в ближайшую Ковалевскую церковь, настоятелем которой был Протоиерей отец Сергий Погорелов.
В 1888 году юнкера были переведены в Дворцовое здание, и там же, временно, на третьем этаже была устроена домовая церковь, небольшая, но очень уютная, вмещавшая оба эскадрона. Позже церковь была устроена на первом этаже классного здания, она была значительно больше прежней. Юнкера прислуживали в храме, составили свой церковный хор, а особо назначенный юнкер на правах ктитораИнформацияИнформацияКтитор - лицо, выделившее средства на строительство или ремонтправославного храма или монастыря, или на его украшение иконами, фресками, предметамидекоративно-прикладного искусства продавал свечи и просфоры и хранил церковные деньги.
После переноса церкви в классное здание в Дворцовом здании были расположены: на первом этаже - «царские покои», где останавливались высокопоставленные гости. Направо от главного входа комната дежурного по училищу офицера, рядом с ней приемная комната для посетителей и небольшой коридор, где провинившихся юнкеров ставили «под шашку» или как раньше говорили: «под винтовку». Наказанные должны были простоять смирно целый час, имея шашку в руках, а за спиной винтовку. Тут же были и карцеры, куда сажали за более серьезные провинности.
За приемной помещался юнкерский буфет, одно время его держал Альбин Бигер, как частное предприятие. В буфете продавались: закуски, пирожки, пирожные, чай, папиросы. Продажа спиртных напитков была запрещена. Буфет был всегда вечером открыт, и юнкера его охотно посещали, т.к. чувствовали себя там свободнее. Офицеры весьма редко в него заходили, чтобы не стеснять юнкеров. Посторонним лицам вход туда был вообще воспрещен. По случаю какого-нибудь личного события юнкера устраивали в нем так называемую «скрипку», т.е. угощение на которое устраивающий его приглашал своих личных друзей, а иногда и весь свой взвод. В связи с традициями школы «скрипка» имела и другое значение. В последние годы буфет был рядом со столовой за перегородкой.
Далее за буфетом был околоток, где училищный врач со своими двумя фельдшерами, которых юнкера называли «профессорами» принимал больных юнкеров и не опасно больных укладывал на несколько дней в постель. Довольно часто туда попадали юнкера с легкими растяжениями мышц или ранений полученных при вольтижировкеИнформацияИнформацияВид конного спорта: выполнение гимнастических и акробатических упражнений (в одиночку, парой или группой) на лошади, движущейся по кругу шагом или галопом, езде или на гимнастике. Когда около новой церкви было освобождено большое помещение, то околотокИнформацияИнформацияОколоток - это устаревшее обозначение для врачебного пункта при воинской части перевели туда, сзади классного флигеля.
Налево от главного входа были столовые 1-го и 2-го эскадронов.
За столовыми была квартира инспектора классов, имевшая отдельный вход. Ранее там были квартиры обоих эскадронных командиров.
Входящих в главный подъезд встречал, известный многим выпускам юнкеров, швейцар Виктор, бывший вахмистрИнформацияИнформацияВахмистр - воинское звание унтер-офицерского состава кавалерии и артиллерии в армиях уланского Бугского полка и участник Русско-Турецкой войны, прослуживший в училище около 30 лет.
Из прихожей сразу вверх шла лестница во второй и третий этажи. Во втором этаже помещался 1-ый эскадрон и «Георгиевский зал», в 3-м этаже помещался 2-ой эскадрон.
В каждом эскадроне кроме спален были небольшие библиотеки, гимнастические комнаты с параллельными брусьями, турниками и кобылой, несколько умывальников и уборных.
Обстановка юнкерских спален и уборных была спартанская. Кровати на досках, в умывальниках только холодная вода, ни ванн, ни душей, ни своей училищной бани, приходилось ходить в частные бани в город, куда ходили повзводно. В эскадронах не было отдельных комнат где можно было заниматься или даже просто написать письмо и спокойно почитать, приходилось заниматься сидя на кровати у своего небольшого ночного столика, где помещались и книги и белье. Остальные собственные вещи хранились в эскадронных цейхгаузахИнформацияИнформацияЦейхгауз - военная кладовая , где находилась и запасная казенная обмундировка для каждого юнкера.
Юнкерская кухня помещалась в том же здании в полуподвальном этаже и рядом с ней склады продуктов и цейхгауз.
Классы находились в большом трехэтажном здании, по юнкерскому выражению в «капонире», находящемся под углом на другой стороне Дворцовой улицы, в нем находились: классы для обоих эскадронов, кабинет инспектора и его помощника, учительская, фехтовальный зал и как было сказано выше училищная церковь. Несколько сзади было здание канцелярии училища.
За классным зданием был старый манеж, построенный еще в царствование Императора Николая I. Он был прекрасно устроен, с ложами для публики, приглашаемой в дни парадов и карусели, в нем же происходила всегда сменная езда «на шашку» и имена ее получивших помещались на мраморных досках этого манежа.
За манежем было такого же размера здание с квартирами для офицеров, Дальше казармы для солдат, конюшни и кузница, у которой юнкера практиковались в ковке лошадей. Под прямым углом к этим зданиям, против Дворцового здания, но по другую сторону плаца был новый манеж.
При обоих манежах были пристройки «бочки» для уроков вольтижировки.
Все эти однотипные здания, постройки времен царствования Императора Николая I с большим плацем посередине, окруженном густыми аллеями, являлись своеобразной дворцовой усадьбой, содержавшейся в большой чистоте и порядке.

Правила приема в училище

Правила поступления молодых людей в училище и их образовательный цензИнформацияИнформацияОбобщённое название формального уровня образования, квалификации или диплома менялись за время существования училища, особенно резкая перемена, произошла при переформировании юнкерского училища в военное.
Перед поступлением в училище каждый юнкер вносил в казну своего полка денежный реверс. Эти деньги хранились при полку, принадлежали тому, кто их внес, и обеспечивали оплату офицерского обмундирования при производстве юнкера в офицеры.
В Юнкерское училище принимались молодые люди не моложе 17 лет (обычно их возраст составлял 18-20 лет, иногда были и взрослые «ветераны»), поступившие сначала вольноопределяющимися в один из кавалерийских полков и получившие разрешение быть командированными для поступления в училище. Вольноопределяющиеся были трех разрядов: первый разряд, окончившие среднее учебное заведение - кадетский корпус, гимназию или реальное училище, даже духовную семинарию, они принимались без вступительных экзаменов на старший курс, их в училище называли «аттестатниками» или «пассажирами» и в училище они были только один год. Второй разряд - с шестиклассным образованием и третий - окончившие только четыре класса среднего учебного заведения. Большинство поступавших вольноопределяющихся было второго и третьего разряда, они должны были сдавать экзамены по общеобразовательным предметам. Сдавшие на отлично зачислялись в младший класс, с двухгодичным курсом обучения, а более слабые – в приготовленный класс с трехлетним обучением, который существовал до 1886 года.
Позже вольноопределяющиеся разделялись только на два разряда.
В 1886 году приготовительный класс был упразднен и курс в училище стал двухгодичным.
В 1892 году, когда в училище было открыто 1-ое отделение младшего класса военно-училищного курса, в этот класс стали поступать окончившие средне учебные заведения с предварительным зачислением их рядовыми в драгунские полки, в форме которых они и являлись в училище.
Было несколько случаев перевода в училище на старший класс военно-училищного курса юнкеров из пехотных училищ, пожелавших в дальнейшем служить в кавалерии.

Взвод
4-й взвод 2-го эскадрона при переходе на старший курс
(октябрь-ноябрь 1916)

В центре группы сидит командир взвода гвардии ротмистр Рустанович. Этим юнкерам, окончившим училище по ускоренной программе 1 февраля 1917 г. суждено было стать последними выпускниками училища при монархии.

Форма одежды и вооружение юнкеров

Юнкерское училище первые три десятилетия не имели специальной формы одежды для своих юнкеров. От основания училища и до 1882 года поступавшие в училище вольноопределяющиеся носили формы тех драгунских, уланских и гусарских полков из которых они прибыли, имея на погонах лишь узкий юнкерский галун.
Единственным их отличием от прочих нижних чинов был узкий галун, нашитый по свободным краям погон. Приказом по военному ведомству от 15 января 1874 г. №29 для вольноопределяющихся ввели специальное отличие – бело-оранжево-черный шнур, также нашитый по краям погон. Так что общий строй елисаветградских юнкеров представлял яркую многоцветную мозаику униформ.[50]
6 ноября 1865 года - чинам Тверского и Елисаветградского кавалерийских юнкерских училищ повелено присвоить обмундирование: начальнику училища - форму состоящих по кавалерии, с тем отличием, что на эполетах и плечевых погонах вышиваются золотою канителью заглавные литеры; училища: Е - для Елисаветградского и Т - для Тверского. (Из материалов - «Историческое описание перемен в одежде и вооружении российских войск», 1946, т. 31, с. 41 - 58)
25 ноября 1865 года утверждены временные штат и табель Тверского и Елисаветградского кавалерийских юнкерских училищ. (Из материалов - «Историческое описание перемен в одежде и вооружении российских войск», 1946, т. 31, с. 148 - 154)

Юнкер
Юнкер в форме училища
(Фото из сайта Wikipedia)

С 19 октября 1882 года, по повелению Императора Александра III, все армейские кавалерийские полки были переименованы в драгунские с общей для всех драгунской формой, имея только различного цвета верх на фуражках, погоны, воротники и петлицы. Бывшие драгунские полки имели верх фуражки и барашковой шапки красного цвета, бывшие уланские - синего, а гусарские - белого, лишь несколько полков имели другие цвета - розовый, бирюзовый, желтый, малиновый и другие. Головными уборами у юнкеров 43, 44, 45 и 46 полков кавказской кавалерийской дивизии были фуражки с козырьками, а у остальных бескозырки. Парадным головным убором была шапка черного каракуля с суконным верхом цвета своего полка, с государственным орлом спереди. Орденский полк вместо орла имел георгиевскую звезду. Эта шапка имела форму старинного головного убора царских рынд.
В казачьем отделе, существовавшем в училище до 1886 года, юнкера-казаки носили форму Донского казачьего войска, после его ликвидации юнкера этого отдела, которые не перешли в Новочеркасское казачье училище были присоединены в общий строй с правом выхода и в регулярные кавалерийские полки.
В 1893 г. юнкерам военно-училищного курса была присвоена однообразная форма обмундирования обще-драгунского образца. Парадная барашковая шапка была отменена. При летней форме одежды вся фуражка с козырьком покрывалась белым чехлом, но обыкновенно юнкера заказывали себе легкую белую фуражку, которую часто меняли, как только белый козырек или вся фуражка теряли свой белоснежный цвет.
Внутри училища в классах и на строевых занятиях юнкера носили гимнастерки темно-серого цвета (один год - с 1887 по 1888 гимнастерки были коричневые) с погонами своих полков в юнкерском училище и одинаковыми для всех училищных в военном, при ременных поясах. Летом гимнастерки были белые. В отпуск юнкера всегда ходили в мундирах с белыми замшевыми перчатками, летом в белых гимнастерках.
17 июня 1896 утверждена форма обмундирования юнкеров военно-училищного курса Елисаветградского кавалерийского юнкерского училища.

Форма
Форма юнкеров
(1896)

17 июня 1896 года для юнкеров военно-училищного курса была утверждена одинаковая форма одежды, объявленная приказом по военному ведомству от 21 июня 1896 года №150. первая форма елисаветградцев устанавливалась по образцу армейских драгун, с алым прикладным сукном, серебряным металлическим прибором и отличиями военных училищ. Правила ношения соответствовали принятым в драгунских полках.

Описание
Описание первой формы юнкеров

В таком виде форма юнкеров просуществовала недолго, поскольку уже 24 января 1897 г. был высочайше утвержден новый образец драгунского обмундирования – с двумя рядами гладких оловянных пуговиц на груди и пуговицей на каждом клапане воротника.
В 1902 г. когда училище из юнкерского было переименовано в военное, была введена общая для всех училищная форма драгунского образца: двубортные черного сукна мундиры, фуражка с красным верхом и красные погоны, обшитые юнкерским серебряным галуном.
В 1908 году училищу была пожалована новая форма уланского образца: мундир (у офицеров темно-зеленого сукна), у юнкеров черного, красный приклад с серебряным прибором, кивер с накладным гербом при унтер-офицерском этишкете и матерчатые цветные трех полосные кушаки по краям красные полосы, а посередине черная.

Мундир
Мундир старшего портупей-юнкера
(1908)

Юнкера
Юнкера Елисаветградского кавалерийского училища
в шинели и в парадной форме

До 1909 г. юнкера Елисаветградского кавалерийского училища носили фуражку вместо шапки (училище состояло при Одесском военном округе). Фуражка с алой тульей, темно-зеленой выпушкой и темно-зеленым околышем. Шинель серая, клапаны воротника алые. Прикладной цвет училища - алый. [52]
Вот так менялась форма училища с 1896 по 1908 года.

Форма
Форма училища

24 марта 1909 г. приказом по военному ведомству № 157 в качестве парадного головного убора была введена уланская шапка с черным лакированным колпаком и донцем. На шейку донца при парадной форме надевалась алая суконная накладка, обшитая по верху узкой белой тесьмой, а по низу – такой же широкой. Грани накладки обшивались белым шнуром. Этишкет унтер-офицерский. Спереди шапки первоначально крепился серебряный двуглавый орел.

Портупей-юнкер
Младший портупей-юнкер Евгений Криднев
(1912)

Юнкер
Юнкер в парадной форме
(Ю. Слезкин, выпуска 1912 г.)

Приказом по военному ведомству от 9 февраля 1912 г. № 85 вместо орла на шапке был присвоен серебряный герб военно-учебных заведений – орел в сиянии.

Юнкер
Юнкер в парадной форме
(1915 - 1916)

А офицерам (в этом же году - 1912) - шитье военно-учебных заведений.
Схема обмундирования Елисаветградского кавалерийского училища по состоянию на 1 апреля 1911 г.

Обмундирование
Схема обмундирования
(1911)

Вооружение юнкеров состояло из драгунской шашки и винтовки, а с 1909 года и пики с флюгаркой. Первоначально ножны имели гнезда для штыка, выдолбленными в деревянной обшивке, позже были введены более легкие ножны с металлическими кольцами для штыка. До 1891 г. юнкера имели берданкиИнформацияИнформацияБерданки - общее название двух различных систем однозарядных винтовок под унитарный патрон центрального воспламенения с металлической гильзой и дымным порохом, состоявших на вооружении в Российской Империи во второй половине XIX века, замененные новыми 3-х линейными винтовками с магазином на 5 патронов, введенные во всей русской армии.
Эскадронные вахмистры вместо винтовок и пик имели револьверы.
Все оружие выдавалось казенное. При отправке в училище юнкер сдавал свою винтовку в полку, а прибыв в Елисаветград, получал взамен училищную, которая при окончании учебы сдавалась. Если при осмотре оказывались ржавчины и раковины, то за винтовку взимали ее стоимость (восемь рублей), и она становилась собственностью юнкера. Как говорили в этих случаях – «окончил с почетным оружием». Кроме этого оружия в училище использовались пики образца 1862 года, к которым в январе 1880 г. были установлены флюгера драгунского образца с желтыми косицами. Однако в 1883 г. Пики сняли с вооружения.
Особое значение в обмундировании юнкеров имели шпоры. Шпоры являлись наградой за хорошую езду, и это подталкивало к усердноному владению верховой ездой. Вручение шпор сопровождалось специальным ритуалом. Традиционно ночь после получения шпор юнкер должен был проспать в них.[50]

Расписание дня в училище

Жизнь в училище шла по строгому и точному расписанию, для исполнения коего дежурный трубач, по распоряжению дежурного по училищу офицера, давал соответствующие сигналы. Первый сигнал был без четверти 6 утра, как предупреждение к утренней «заре» в шесть утра, после которой юнкера вставали, одевались, делали легкую утреннюю гимнастику и, после общей молитвы, шли строем в столовую на утренний чай. С 8 часов утра начинались классные занятия - пять лекций - в классном флигеле, куда юнкера ходили строем повзводно. В 13 часов завтрак, после завтрака строевые занятия. В 16 часов обед, после него отдых и приготовление к репетициям, которые бывали 2–3 раза в месяц после обеда. В 20 часов вечера вечерний чай.
Кормили юнкеров просто, но достаточно сытно, хотя для молодых желудков, особенно после усиленных физических упражнений этого казалось недостаточно, и тогда выручал частный юнкерский буфет.
В училище был назначенный Начальником училища офицер ведающий довольствием юнкеров, а из юнкеров, приказом по училищу назначался в каждом эскадроне юнкер-артельщик, кроме того каждый день от каждого эскадрона наряжались дежурные по кухне. На обязанности всех этих лиц было следить за доброкачественностью продуктов и правильной раздачей порций во время чая, завтрака и обеда. В 21-00 - вечерняя заря и молитва, перед которыми производилась перекличка и чтение приказов по училищу и распоряжений по эскадрону.
В военное время в лагере расписание было иное: утром до чая - гимнастика, от чая до обеда - строевые занятия, после обеда опять строевые занятия, изучение уставов или лекции до ужина, после ужина - подготовка к репетициям.
После вечерней зари юнкера были свободны и пользуясь немногими часами до сна, могли заниматься личными делами или посидеть в курилке или юнкерском «клубе», - буфете, а любители музыки могли поиграть на рояле или на своих музыкальных инструментах; в спальнях ни курить, не музицировать не разрешалось.

Назначение «нашивочных»

За порядком в эскадронах и в классных следили старшие и нашивочные. Сразу по возвращении из летнего отпуска писались приказы по училищу. Из лучших по учению и строю юнкеров старшего класса назначались в каждом эскадроне вахмистр, от которого требовалось не только отличные успехи по наукам и строю, но известная твердость характера и авторитет у юнкеров, четыре взводных и восемь младших портупей юнкеров, штандартный портупей юнкер и ефрейторы. Постепенно этим нашивочным прибавляли должное количество «лычек» на погонах и к училищному празднику все имели полностью свои отличия.
Каждый день, приказом по эскадрону назначались:
а) от старшего курса дежурный по эскадрону, по околодку, по кухне и в приемную комнату в часы приема посетителей.
б) от младшего курса - дневальные по эскадрону.
Из прибывших в училище на младший курс назначались старшие, сначала это были «майоры» (оставшиеся на второй год в младшем классе) или выбирались сменным офицером «на глазок», а затем старшим назначался лучший по наукам и езде.
Живя в училище юнкера должны были сами себя обслуживать - убирать свои постели, чистить свою одежду и сапоги, но для желающих можно было пользоваться услугами вольнонаемных училищных служителей за плату в три-пять рублей в месяц, они же принимали от юнкеров их носильное белье для стирки.
Ложась спать, юнкера должны были весьма аккуратно сложить свою одежду на табуретку в ногах кровати «квадратиками», так, чтобы получалась небольшая пирамида, увенчанная свернутым в трубку поясом.

Начальники елисаветградского кавалерийского училища
в период с 1865 по 1917

1864 – 1879 полковник 4-го гусарского Мариупольского полка, Третьяков.
1879 – 1885 полковник Генерального штаба Рынкевич.
1885 – 1891 генерал-майор Генерального штаба Владимир Викторович Сахаров.
1891 – 1896 полковник Генерального штаба Литвинов.
1896 г. (коротко) генерал Сухотин.
1896 – 1904 генерал-майор Генерального штаба А.В. Самсонов, Ахтырского гусарского полка (в Турецкую войну).
1904 – 1905 генерал-майор Генерального штаба Лев Владимирович де Витт.
1905 – 1907 генерал-майор Генерального штаба Александр Арнольдович Мориц, 9-го уланского Бугского полка.
1907 – 1911 генерал-майор Новиков, Конный артиллерист.
1911 – 1914 генерал-майор Петерс.
1914 – 1915, частью в 1916 и 1917 г., генерал-майор Конный артиллерист Лишин Николай Николаевич, Конный артиллерист.
1917 генерал-майор Генерального Штаба Савельев, 9-го уланского Бугского полка.

Начальник училища полковник Третьяков

Первым начальником училища, со дня его основания и до 1879-го года был полковник гусарского Мариупольского полка Третьяков, который за 14 лет своего руководства заложил в жизни училища те основы, которые создали дух будущей Южной Школы.
Строевая подготовка училища была на должной высоте, и кроме этого полковник Третьяков сумел привлечь высокообразованный состав преподавателей прививший юнкерам знания необходимые интеллигентному офицеру.
В 1879 году он вышел в отставку в чине генерала-майора. Заменил его в должности начальника училища Генерального Штаба полковник Рынкевич.

Начальник училища генерал-майор Самсонов

Выдающимся из всех начальников училища нужно считать генерала майора А.В. Самсонова, трагически погибшего на своем посту командующего 2-ой Армии в восточной Пруссии под Сольдау.

Самсонов
Самсонов А.В.
(1859 - 1914)

Участвовал в походах и делах против неприятеля в 1877-78 и 1904-1905 г.г. В 1904 году добровольно пошел на японскую войну. За отличие в сражениях награжден орденами: Святого Великомученика и Победоносца Георгия IV степени, Святого Станислава І степени с мечами, Святой Анны І степени с мечами, золотым оружием с надписью "За храбрость" и произведен в чин генерал-лейтенанта. Был награжден высшей наградой Франции - орденом Почетного легиона (пока неизвестно, когда и за какие заслуги, ведь он воевал в Восточной Пруссии гораздо позже).
Приняв училище в 1897 году, он славно возглавлял его почти 8 лет. Несмотря на свою строгость и требовательность редко кто пользовался такой любовью юнкеров. Он обращал особое внимание на строевые занятия. При нем Елисаветградское кавалерийское училище в строевом отношении было на большой высоте.
В 1914 году вступив в командование 2-ой армией, возглавляемые им войско в начале войны нанесло немцам сокрушительный удар в Восточной Пруссии, оттянул на себя большие силы и тем самым отвлек завоевание немцами Парижа, но вскоре 2-я армия попала в окружение и ее командующий - человек чести и долга - застрелился в лесу в августе 1914 года. Более 2 месяца продолжались поиски тела генерала, которые проводила жена Екатерина Александровна Самсонова. 4 декабря 1915 буквально весь Елисаветград во главе с юнкерами Елисаветградского кавалерийского училища встречали на вокзале прах своего земляка. На следующий день А.Самсонова с почестями похоронили в семейном склепе возле церкви святых Иоакима и Анны с. Акимовка Маловисковского района на Кировоградщине. Но во время Гражданской войны склеп, украшенный алегорической скульптурой из мрамора был осквернен. Вскоре была разрушена и сама церква, а на месте храма построили школу. Но на месте гибели генерала Самсонова немцы возвели памятник, который сохранился до наших дней в первоначальном виде, на невысокой пирамиде надпись на немецком языке: "Генералу Самсонову - противнику Гинденбурга в битве возле Таненберга. Погиб 30.08.1914". К памятнику трепетно относятся поляки, которым отошла эта земля. В феврале 2002 года в с.Акимовка во дворе местной школы где находилась могила командующего 2-й армии был установлен памятный знак в виде гранитного креста. Денежные средства на памятный знак пожертвовали: известный российский писатель Кир Буличов, жители Франции Мишель Давинча, Жерар Горохов и др. [61]

Начальник училища генерал-майор генерального штаба Лев Владимирович Де Витт

Сменивший генерала Самсонова генерал Л.В. Де Витт за свое короткое пребывание в училище, всего немного больше года, мало себя проявил как строевой начальник. Он больше обращал внимание на учебную часть.
К юнкерам он не был близок, особой популярностью не пользовался, отчасти именно потому, что молодежь больше интересовал строй, лихость в езде, а не «гранит наук». Но однако ничего дурного о нем сказать нельзя, ибо в отношении юнкеров он был доброжелателен.
После нашего училища он был назначен Начальником Николаевского кавалерийского училища.

Начальник училища генерал-майор генерального штаба Мориц

С 1905 и по 1907 год начальником училища был полковник, а с 1906 г. генерал-майор генерального штаба А.А. Мориц, бывший командир 26-го драгунского Бугского полка, коренной офицер 38-го драгунского Владимирского полка.
Он закончил Дерптский университет по математическому факультету, сдал офицерский экзамен как вольноопределяющийся и, после необходимого срока службы в 38-м драгунском Владимирском полку, поступил в Академию Генерального Штаба, которую успешно закончил и, после командования 26-м драгунским Бугским полком, принял Елисаветградское кавалерийское училище.
Весной 1907-го года генерал-майор Мориц получил назначение Начальником Штаба Гвардейского корпуса.

Начальник училища генерал-майор Петерс

С 1911 по 1914 год начальником училища был генерал-майор Петерс. Генерал Петерс был непопулярен среди офицеров и юнкеров училища. Сухой формалист и карьерист, он начал свою деятельность в училище заменой старых, заслуженных командиров эскадронов: полковников Собичевского и Багинского новыми командирами эскадронов, несмотря на их 9-ти летнюю службу в училище, прекрасное состояние эскадронов, отличную строевую подготовку юнкеров и горячую любовь юнкеров и сослуживцев.
Это положило начало неприязни юнкеров к новому начальнику училища. Офицерский состав училища тоже, в своем большинстве, относился к генералу Петерсу с предубеждением.
В 1914 году с началом войны генерал Петерс уехал в действующую армию. О его службе во время войны сведений нет, но достоверно известно, что по чисто «шкурным» причинам он с самого начала примкнул к большевикам и свой богатый опыт и знания, полученные им в Императорской Армии, предоставил в распоряжение большевикам и изо всех сил помогал им в их борьбе против Добровольческой Армии. Чутье не обмануло юнкеров в их нелюбви к генералу Петерсу.

Начальник училища генерал-майор Лишин

После отъезда генерала Петерса в 1914-м году во временное командование училищем вступил бывший инспектор классов Генерал Майор Н.Н. Лишин.
Николай Николаевич Лишин был прикомандирован к училищу в 1880 году из 14-ой конной батареи в чине поручика, как строевой офицер и был взводным командиром 4-го взвода 1-го эскадрона. С начала 1888-го года стал педагогом и читал юнкерам артиллерию.
При переименовании училища в военное и утверждении должностей инспектора классов и его помощника был назначен помощником инспектора классов и продолжал читать курс артиллерии.
В 1906 году по отъезде полковника Родкевича, полковник Лишин занял должность инспектора классов в каковой и пробыл до 1914 года. После отъезда генерала Петерса стал временно исполняющим обязанности начальника училища до 1917 года.
Имение Балашовка в непосредственной близости от Елисаветграда, принадлежало отцу Полковника Лишина отставному генерал-майору.
Там каждую субботу устраивались музыкально-вокально-литературно-танцевальные вечера, на которые приглашались очень многие юнкера. Эти вечера отличались большим гостеприимством устраивались пышные ужины и всегда бывало много гостей из города. Пели, играли на всевозможных музыкальных инструментах, декламировали, танцевали и веселились допоздна. И душой этих вечеров всегда был Полковник Н.Н. Лишин, любимый юнкерами к коим он относился как к будущим офицерам.
В молодости артиллерийское орудие переехало ноги Лишину, отхватив часть пальцев. Из за этого: у него образовалась своеобразная походка, за которую юнкера прозвали Николая Николаевича Лишина «Гуляй Нога» это было его «больным местом». Отвечающий у доски юнкер должен был смотреть ему прямо в глаза. Если же Н.Н. Лишину казалось, что юнкер смотрит на его ноги, он бесился и ставил ему кол.
Генерал майор Лишин отличался большим джентльменством и рыцарством, и чувствительность его по адресу искалеченных ног нужно считать незначительной слабостью. Раздражительность его в этих случаях нужно было приписывать кличке «Гуляй Нога», о которой он знал и которую считал для себя крайне оскорбительной.

Педагоги

Все бывшие воспитанники Елисаветградского кавалерийского училища относились с большой любовью и уважением к своим командирами и преподавателям, несмотря на некоторый сарказм и иронию, благодаря которым многие из них получали «клички», иногда весьма остроумные, но не являвшимися признаком юнкерского недружелюбия.
Все строевые офицеры, в большинстве выпускники Елисаветградского училища, были хорошими строевиками и прекрасными ездоками, почему и предъявляли суровые требования к юнкерам, особенно по езде.
Слабых ездоков сильно подтягивали и, в результате, добивались того, что к концу года их питомцы становились хорошими строевиками и ездоками.
Офицеры училища были строги в строю, на службе и в требованиях дисциплины при исполнении служебных обязанностей, но, вне службы и в быту были добры и заботливы в отношении подопечных им юнкеров.
У многих своих офицеров, довольно часто, во внеслужебное время, юнкера, запросто, бывали гостями и очень радушно принимались хозяевами.
Каждый юнкер, по окончании училища, увозил с собой массу воспоминаний об училище, где он провел лучшие годы своей юности, о своих командирах, педагогах и о самом городе Елисаветграде.
Но, к сожалению, старая русская поговорка «в семье не без урода» относится и к некоторым командирам Южной Школы.
Такими «уродами» оказались начальник училища генерал-майор Петерс и сменный офицер ротмистр Акацатов, которые, с наступлением революции очень быстро «перекрасились» и не показали себя достойными носить почетное звание Кавалерийского Офицера Императорской Конницы.

Штандарт
Елисаветградского кавалерийского училища

После выпуска 6-го августа в 1903 году было сообщено генерал-майору Самсонову, что Елисаветградскому кавалерийскому училищу Высочайше пожалован Штандарт. Но война на Дальнем Востоке отодвинула срок вручения Штандарта училищу больше чем на год.
К середине июля 1905 году в г. Елисаветград прибыл Великий князь Константин Константинович, при котором находилась особая миссия, привезшая Высочайше пожалованный училищу Штандарт.(P.S. Просмотреть анимированную 3D модель штандарта можно здесь).

Штандарт
Штандарт ЕКУ
(лицевая сторона)

Штандарт
Штандарт ЕКУ
(оборотая сторона)

Аниммированный Штандарт ЕКУ

15 июля в день Св. Равноапостольного Князя Владимира, при торжественной церемонии, привезенный Штандарт был вручен училищу самим Великим Князем.

Вручение штандарта
Вручение штандарта
(15 июля 1905)

На фотографии запечатлен момент, когда великий князь Константин Константинович передает штандарт коленопреклонному адъютанту училища ротмистру Знойко. Рядом с ним с панталером через плечо стоит на колене штандартный портупей-юнкер Лишин. Чуть правее застыл в воинском приветствии ассистент – младший портупей-юнкер Кузик. Позади ротмистра Знойко виден полковник Мориц, официально принимающий штандарт и, взяв под козырек. Наблюдающий за церемонией его передачи. (После торжественной церемонии Кузик был отчислен из училища за «цук» над юнкерами младшего курса).
В этот день в лагерной столовой была произведена прибивка Штандарта к древку. Первый гвоздь был вбит Великим князем Константином Константиновичем после чего последующие гвозди были вбиты начальником училища генералом-майором Де Витт, офицерами училища и вахмистрами 1-го и 2-го эскадронов. (Источником этой информации были воспоминания питомцев училища)
Однако из другого источника известно, что на подлинной фотографии, зафиксировавшей момент вручения, от руки написано, что штандарт принимает начальник училища А.А. Мориц. Именно полковник Мориц вбил второй серебряный гвоздь в древко высочайше пожалованного штандарта после начальника военно-учебных заведений великого князя Константина Константиновича.[47]
На лагерном плацу перед строем юнкеров старшего курса в конном строю и младшего в пешем был отслужен молебен по освящению Штандарта. После освящения и присяги всего училища перед Штандартом был парад, который принимал Великий князь сидя верхом на кобыле, 1-го взвода 2-го эскадрона «Смуте».
После парада Штандарт в сопровождении взвода юнкеров под командой адъютанта училища Ротмистра Знойко штандартным портупей-юнкером Лишиным, при ассистенте портупей-юнкере Кузике был отнесен в караульное помещение (палатку) и поставлен под гриб, который находился на фланге барака 1-го эскадрона.

Прохождение штандарта
Прохождение штандарта под командованием
адъютанта училища ротмистра Знойко,
несет штандарт портупей-юнкер Лишин,
ассистент портупей юнкер Кузик
(15 июля 1905 г.)

Первый караул у Штандарта был выставлен от 1-го взвода 1-го эскадрона. Начальником караула был взводный портупей-юнкер. Первым часовым у Штандарта был юнкер Алферов Юрий, который и был запечатлен фотографическим снимком.
5 октября 1905 года, в день Тезоименитства Наследника Царевича Алексея, был парад взвода юнкеров с трубачами в первый раз со Штандартом. Штандарт во время богослужения в Соборе стоял рядом со Знаменем 136-го пехотного Таганрогского полка, знамя которого было прострелено бомбами в боях во многих местах.

Судьба штандарта
В январе 1918 года, когда училище после захвата власти большевиками было распущено, я - Любельских приютил в доме моих родителей в г. Елисаветграде юнкера Улиха, не смогшего уехать к родителям, жившим на севере России, где уже свирепствовали большевики.
Однажды в холодный январский вечер, узнав, что большевики приближаются к Елисаветграду, мы с юнкером Улихом решили спасти наш родной штандарт, находящийся в нашей училищной церкви.
Глубокой ночью переодетые в лохмотья и захватив с собой напильники и ручную пилу, мы отправились в классный флигель, а оттуда в церковный двор. Перепилив железную оконную решетку и выдавив осторожно окно, мы влезли в церковь. Штандарт стоял на своем месте, рядом с церковными хоругвями. Вынув штандарт из стойки, мы тут же отделили штандарт от древка, а древко распилили на три части, чтобы удобнее было вынести и благополучно с нашей дорогой ношей добрались незамеченными домой.
В ту же ночь штандарт с распиленным древком мы обернули чистой простыней, вложили в круглую цинковую коробку и закопали в саду нашего дома, чтобы спасти его от рук большевиков.
Я вскоре уехал в Добровольческую Армию, а в наш дом переехал последний Начальник училища генерал Савельев с семьей, но в феврале того же года и он уехал в Киев. Охранять штандарт, семью генерала Савельева и моих родных остался юнкер Улих.
Только в 1919 году после освобождения г. Елисаветграда от большевиков, юнкер Улих, выкопал штандарт из земли и отвез его генералу Савельеву в Киев.
Позже тяжелораненый генерал Савельев находясь в госпитале в Ростове, где я его посетил, мне сообщил, что Училищный штандарт он лично передал генералу Врангелю. После эвакуации Русской армии из Крыма штандарт был перевезен в Югославию и поставлен в Русскую церковь в Белграде. Где ныне он находится неизвестно. Можно с уверенностью предполагать, что он, вместе с другими нашими воинскими регалиями был увезен коммунистами в СССР после захвата ими Белграда.(Источником этой информации были воспоминания питомцев училища)

До 1971 г. штандарт хранился в Центральном музее Вооруженных Сил, а после поступил в музей Красной Армии в числе других знамен и штандартов царской армии в 1945 г. Но не из Белграда. Вместе со 147 знаменами и штандартами дореволюционного периода штандарт Елисаветградского кавалерийского училища был изъят из кладовой Дрезденского банка по Постановлению Государственного Комитета Обороны от 3 августа 1945 г. и направлен Начальником Штаба Группы советских оккупационных войск в Германии генерал-полковником Малининым в Центральный музей Красной Армии.
А уже в 1971 г. Главное политическое управление Советской Армии и Военно-морского Флота решил, что эти предметы неотносятся к профилю Центрального музея Вооруженных Сил СССР и предписал отправить эти дореволюционные регалии на постоянное хранение в Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи (г. Ленинград).
Реально же часть знамен и штандартов из Белградского храма была вывезена в 1943 г. из охваченной войной Югославии и передана на хранение в Дрезденский банк, часть же оставлена в храме. Судьба обеих частей собрания русских военных регалий оказалась печальной - в 1945 году знамена и штандарты были изъяты как из банка, так и из храма и отправлены в Советский Союз.[51]

Посещение училища высочайшими особами царской семьи

Летом 1888 года под г.Елисаветград происходили Царские маневры войск Харьковского, Киевского и Одесского военных округов в которых принимало участие юнкерское Елисаветградское кавалерийское училище в полном составе, а также и два пехотных юнкерских училища - Чугуевское и Одесское, каждое состоя при войсках своего округа.
После маневров, 30 августа 1888 года в г.Александрии, Херсонской губернии был парад, где все войска пройдя церемониальным маршем перед Императором Александром III разошлись по своим стоянкам.
В это время училище перешло в новое Дворцовое здание, где после окончания маневров Государь с Государыней и поселились.
У дверей Царских покоев (первая дверь от города у училищных ворот), за все время пребывания там Царской Четы, стояли почетные парные часовые из юнкеров.
Перед своим отбытием из Елисаветграда, Государь произвел юнкерам смотр на плацу, пропустив в пешем строю церемониальным маршем под звуки своих же трубачей, поблагодарил юнкеров за молодецкий вид и приказал дать трехдневный отпуск.
Часа через полтора Государь с Семьей отбыл из Елисаветграда. Оба эскадрона в конном строю, колонной по шести, рысью сопровождали Царственную Чету, ехавшую в экипаже и выстроились развернутым фронтом на площади у вокзала перед Царским поездом.
Государь с Государыней стоя у окна вагона, отбыли при громком «ура», оставив о себе неизгладимое впечатление.
Сопровождавший Государя Инспектор кавалерии Великий князь Николай Николаевич Старший во время пребывания Царской Семьи в здании училища, жил в квартире начальника училища в офицерском флигеле.
Часто приезжал в Елисаветградское кавалерийское училище начальник военно-учебных заведений Великий князь Константин Константинович. Это вносило большое оживление в монотонную жизнь юнкеров и было для них настоящим праздником. Доступный, простой в обращении, Великий князь, как-то сразу располагал молодежь к себе. Жил он всегда в своем вагоне, но целые дни проводил в стенах училища. А по вечерам после посещения лекций и других занятий любил бывать в эскадроне среди юнкеров, все наше училищное начальство тогда по Его приказу отсутствовало. Мы чувствовали себя с Великим князем тогда совершенно свободно. Смотр училища всегда проходил блестяще. На вокзал провожали Великого князя всем училищем и после Его отъезда мы получали от своего любимого Царственного Начальника отпуск на три дня, без права выехать из города.
1905 год был незабываемым в истории училища, когда Великим Князем Константином Константиновичем был вручен Штандарт нашей славной Южной Школе.[40]

Количество просмотров: 113

При использовании материалов сайта, гиперссылка на официальный сайт http://www.elisavetgrad.ho.ua обязательна

^    Наверх     ^